В этом браузере сайт может отображаться некорректно. Рекомендуем Вам установить более современный браузер.

Chrome Safari Firefox Opera IE  
ГОРОДИССКИЙ И ПАРТНЕРЫ
ПАТЕНТНЫЕ ПОВЕРЕННЫЕ И ЮРИСТЫ
практикующие с 1959 г.
 
Версия для печати

Патентование отечественных изобретений: современное состояние в зеркале истории

16 Июля 2018

Журнал «Электросвязь» представляет читателям новый раздел, доминантой которого должны стать вопросы изобретательской деятельности в стране и правовой охраны ее результатов. Приоритетность этой темы сегодня особенно возросла в свете нацеленности государства на цифровое развитие, которое и основано на этой деятельности. Однако цифровые информационные технологии представляют собой лишь инфраструктуру для управления процессами создания прорывных технологий и их продуктов, обеспечивающих качество жизни людей, национальную безопасность государства. Эти технологии и их продукты составляют базисный объект управления, без постоянного инновационного совершенствования которого указанная инфраструктура управления этим объектом может утратить свою эффективность и значимость.

Немного статистики: за период 2015–2017 годов в Российской Федерации было выдано 1295 патентов на изобретения в области электросвязи (передача сигналов, многоканальные системы связи, телефонная связь, сети беспроводной связи и т.д.). Причем 1058 «российских» патентов принадлежат 372 специализированным организациям, включая научно-исследовательские и образовательные учреждения, остальные 237 патентов – физическим лицам. Таким образом, за три последних года на одну такую организацию в среднем было выдано примерно три патента на изобретения. За тот же период пяти ведущим зарубежным фирмам выдано 79568 патентов: Qualcomm – 27397, Samsung – 25860, Ericsson – 17129, Nokia – 7256, Motorola – 1926.

Почему так происходит? И что делать, чтобы даже та малость инновационных проектов, которые получают государственное финансирование, использовалась по прямому назначению – для изготовления инновационной продукции, а не для того, чтобы пылиться на полках? Как вернуть России статус державы изобретателей и обеспечить при этом прорывное развитие экономики на основе создания реальной, а не давно уже декларируемой в стране инновационной модели развития?

Ответы на подобные вопросы мы надеемся получить у экспертов в области интеллектуальной собственности – специалистов одной из старейших российских юридических фирм «Городисский и Партнеры».

Ждем также откликов читателей на эту первую, обзорную, публикацию, призванную заставить нас под другим ракурсом взглянуть на известную, казалось бы, проблему, да и просто обратить на нее внимание.

Вам слово, товарищи изобретатели!

Как «у них»?

Инновационная деятельность является одной из ключевых составляющих экономического развития индустриальных стран мира с рыночными отношениями. Именно она определяет свободную конкуренцию хозяйствующих субъектов (товаропроизводителей и услугодателей), за счет которой эти субъекты и выживают (или не выживают) и развиваются, постоянно совершенствуя технологии, благодаря чему повышается качество жизни людей.

Основу субъектов свободной конкуренции образует частный сектор экономики. Создавать необходимые условия для свободной конкуренции должно государство. Тем не менее и государство в условиях необходимости создания и совершенствования военной и иной специальной техники, единственным потребителем которой оно само и является, включается в процесс инновационной деятельности – в качестве особого хозяйствующего субъекта, обычно заказчика инновационной техники.

Исполнителями научно-исследовательских, опытно-конструкторских и технологических работ (НИОКТР) выступают, как правило, государственные организации или крупные негосударственные производственные структуры, имеющие в своем штате соответствующие подразделения для проведения указанных проектных работ. Исполнителями же государственных заказов в части производства товарной продукции практически всегда являются негосударственные предприятия. Нередко в этой инновационной деятельности используется механизм государственно-частного партнерства. Частный капитал финансирует инновационную деятельность главным образом в гражданском секторе экономики, хотя активно участвует и в инвестировании инноваций для госсектора.

Но это все – «у них», в экономически развитых странах, где рыночные отношения не прерывались.

А как «у нас»?

Инновационная деятельность – привилегия государства

В нашей стране после 1917 года рыночные экономические отношения с их частным сектором экономики и свободной конкуренцией хозяйствующих субъектов уступили место высокоцентрализованному административному управлению. Подверглась реформированию и инновационная деятельность – она стала осуществляться только за счет государственных средств. Исключительное право на отечественные изобретения практически всегда стали закреплять за государством, заменив патент как вид охранного документа на авторское свидетельство, которое фактически удостоверяло лишь право авторов изобретения на выплату соответствующего вознаграждения и предоставление иных имущественных и неимущественных выгод. Тем самым и этот вид «собственности» был преобразован из частной в общегосударственную. Приобретение советским гражданином патента на изобретение было в СССР экзотикой и рассматривалось как чуждое явление в условиях всеобщей государственной собственности на средства производства и потребления.

В результате произведенных реформ исключительное право на отечественные изобретения, закрепляемое за государством и удостоверяемое авторскими свидетельствами, перестало выполнять свое изначальное назначение – служить инструментом для получения хозяйствующими субъектами максимальных экономических выгод в условиях свободной конкуренции. Эта защитная функция сохранилась лишь в отношении иностранных лиц, если те пытались поставлять в СССР свою товарную продукцию. Но в условиях закрытости отечественной экономики от стран капиталистического лагеря эта функция имела в большей степени превентивный характер.

Централизованное управление инновационной деятельностью

В СССР научно-исследовательские и проектные организации были отраслевыми. Они подчинялись соответствующему ведомству и обслуживали деятельность промышленных предприятий отрасли или смежников. Особая организационная система существовала в секторе военно-промышленного комплекса (ВПК): НИИ и КБ входили в комплекс, имеющий в своем составе еще и экспериментальную производственную базу. Тем самым обеспечивалось единое планирование и выполнение не только научно-исследовательских и проектных работ, но и изготовление опытных образцов в соответствии с проектами.

Более того, в этом критичном для страны секторе существовала конкуренция! Проектированием ряда принципиально важных для обороны и безопасности страны изделий занималось сразу несколько НИИ и КБ. В серийное производство запускался проект, победивший в результате испытаний опытных образцов.

Гражданская сфера экономики по существу представляла собой продолжение развития ВПК по остаточному принципу. Во многом эта схема подтверждает справедливость высказываний специалистов и политиков о том, что инновационная деятельность в области оборонной промышленности является локомотивом инновационного развития всей страны. Действительно, ВПК нуждается в самых современных и наукоемких технологиях для создания средств вооружения, способных противостоять лучшим мировым образцам этой техники. Однако, как показывает мировой опыт, максимальная эффективность такой схемы может быть достигнута при наличии высокоразвитой свободной конкуренции в частном секторе экономики. Только при этом условии гражданский сектор экономики может развиваться независимо от военно-промышленного, а кроме того, еще и поддерживать государственный сектор частными инвестициями. Тем самым обеспечивается баланс между государственным и частным капиталом в инновационном процессе.

Без этого ни одно, даже самое богатое государство в мире, не может гарантировать национальную безопасность и одновременно поддерживать высокий уровень жизни населения. Яркий пример тому – экономика СССР не только в довоенный, но и в послевоенный период. Тогда военно-промышленный комплекс нашей страны не уступал по конкурентоспособности ВПК капиталистического лагеря, чего не скажешь о качестве жизни населения. (Фактически такой баланс можно наблюдать и в современной России. Но об этом ниже.)

Обратимся к показателям инновационной деятельности в СССР. Принято считать, что уровень этой деятельности в странах мира определяют, главным образом, два интегральных показателя: количество заявок на изобретения, подаваемых заявителями этих стран в национальное патентное ведомство (годовой объем и динамика, по годам), а также относительный объем использования всех запатентованных в стране изобретений (отношение объема использованных изобретений, по годам, к объему запатентованных).

Первый показатель опосредованно отражает востребованность изобретательской активности в обществе, второй – востребованность технического перевооружения на основе изобретений и иных результатов интеллектуальной деятельности в экономике страны. Во времена Советского Союза количество заявок на отечественные изобретения, ежегодно подаваемых в Госкомизобретений (патентное ведомство СССР), постоянно увеличивалось, максимальный показатель приближался к 200 тысячам в год. После распада СССР и образования Российской Федерации количество отечественных заявок на изобретения и полезные модели, ежегодно подаваемых в Роспатент, сократилось до 30–35 тысяч. В настоящее время оно составляет примерно 50 тысяч. Для сравнения: патентное ведомство КНР сегодня регистрирует около миллиона заявок в год, США – 500 тысяч, Японии и Южной Кореи – 300 тысяч.

Изобретательская активность в СССР была обусловлена соответствующими экономическими условиями. Авторы изобретений имели право не только на выплату вознаграждения за использование изобретения, на которое выдано авторское свидетельство, но и на иное материальное поощрение. Подача советскими организациями заявок на изобретения осуществлялась бесплатно (зачем государству платить пошлины самому себе?) и всячески мотивировалась: количество ежемесячно подаваемых заявок служило одним из главных показателей в социалистическом соревновании, изобретатели имели материальные льготы, в том числе право на дополнительную жилую площадь. Кроме того, использовались различные формы морального поощрения: было установлено почетное звание «Заслуженный изобретатель СССР», а по совокупности важных для государства изобретений могли даже присвоить ученую степень кандидата наук без защиты диссертации. Для организаций подача заявок на изобретения и получение авторских свидетельств были, скорее, факторами престижа.

Изобретательская активность, а также показатель внедрения запатентованных изобретений в Российской Федерации недопустимо низкие. В условиях рыночных экономических отношений финансирование практически всей инновационной деятельности в стране только за счет государства недопустимо! Необходимо создать условия, чтобы у частного капитала появился реальный стимул для инвестиций в инновации

Однако спрос на охраняемые изобретения был чрезвычайно низким, что вызывало нарекания в адрес советских организаций со стороны руководства страны по поводу их слабой социалистической предприимчивости. В действительности же это объяснялось не нерадивостью руководителей, а существовавшими в тот период экономическими условиями, ведь инновационная составляющая производственной деятельности была возможна только при условии выделения государством дополнительного финансирования. Недаром термин «внедрение изобретения» возник в СССР, когда для использования охраняемого изобретения необходимо было «выбивать» средства, преодолевая бюрократические препоны. Экономически необоснованный энтузиазм нередко заканчивался фразой: «Инициатива наказуема».

Значительно лучше обстояли дела в отношении внедрения изобретений в ВПК, где проектные работы в плановом порядке переходили в экспериментальные с последующей организацией серийного изготовления изделий, как правило с грифом секретности.

Из вышеизложенного вытекает несовместимое, казалось бы, противоречие: восприимчивость экономики СССР к внедрению изобретений – низкая, а восприимчивость общества к изобретательской активности – на удивление высокая.

Совместимость же этих взаимоисключающих обстоятельств обеспечивалась тем, что вся инновационная деятельность (изобретательство, дальнейшие проектирование и «внедрение») финансировалась только государством. Изобретательскую активность регулировать значительно проще, если привлекательные условия для нее создаются вне связи с дальнейшей судьбой изобретения. Поэтому подача заявок шла широким потоком, вне зависимости от технической и экономической значимости изобретений. Однако для «внедрения» необходимы только наиболее значимые изобретения – и даже для них требовались несоизмеримо большие объемы финансирования, которых у государства не было.

В чем причина низкой изобретательской активности сегодня?

Обратимся к современному состоянию инновационного развития в Российской Федерации.

В нашей стране созданы экономические условия для обеспечения рыночных экономических отношений. Появились государственный и частный сектора экономики. Сохранили работоспособность отдельные научно-исследовательские и проектные учреждения, организационно-правовой статус которых преобразован таким образом, что основными источниками финансирования их деятельности остаются федеральный и местные бюджеты. Ландшафт инновационных разработок формируют Российская академия наук, академические институты, высшие учебные заведения. В частном секторе экономики тоже появились новые формы инновационной деятельности – стартапы (в странах Запада из таких зародышей частного капитала вырастают «тойоты» и «боинги»).

Вроде бы, «все как у них». А инновационная модель экономики буксует. Изобретательская активность недопустимо низкая. Соответствует ей и показатель внедрения запатентованных изобретений, особенно в абсолютном измерении. Почему?

Беда в том, что частный капитал фактически не задействован в инновационных процессах! Сферой его бизнеса являются финансовый и коммерческий сектора экономики. В отличие от них инновационный бизнес существенно более рискованный, а окупаемость затрат (инновационное проектирование, изготовление товарной продукции) гораздо более длительная. Для частного капитала эти обстоятельства делают вложения в финансовый и коммерческий бизнес гораздо более выгодными. При этом существующие у нас в стране условия хозяйствования таковы, что негативные для «инноваторов» факторы не компенсируются. Поэтому необходим такой баланс преимуществ и недостатков между инновационным бизнесом, с одной стороны, и финансовым и коммерческим, с другой, при котором у частного капитала появился бы реальный стимул для вложения инвестиций в инновации.

Развитые в экономическом отношении западные государства тоже приобретают исключительные права на изобретения и иные результаты интеллектуальной деятельности, которые получены в рамках выполнения правительственных заказов, предусматривающих не только инновационное проектирование, но и изготовление товарной продукции с использованием результатов этого проектирования. Причем ее единственным потребителем является само государство. Разумеется, эта продукция предназначена для решения задач обороны и безопасности страны. Государственное финансирование (из средств налогоплательщиков) инновационного проектирования тех объектов, потребителем которых государство не является, там не допускается. В ряде случаев изготовление товарной продукции может быть осуществлено в рамках государственно-частного партнерства, в котором государство, как более сильная сторона договора, в накладе не остается.

В России же на законодательном уровне (глава 77 ГК РФ в части единой технологии) прямо предусмотрена возможность государственного финансирования инновационных проектов не для дальнейшего изготовления инновационной продукции, единственным потребителем которой является государство, а для последующей продажи этих инновационных проектов любому желающему. Жизнь показала, что желающих не то чтобы купить эти проекты, а даже получить их безвозмездно нет. Выходит, мы расходуем огромные государственные средства на разработки, которые складируются затем на архивных полках?!

А ведь исполнителями таких государственных контрактов и являются ученые и специалисты соответствующих государственных организаций. Казалось бы, вот оно – поле для приобретения патентов на изобретения, созданные ими в процессе выполнения НИОКТР. Так нет же, вместо патентования эти изобретения «закрывают» грифом «Коммерческая тайна», а «наверх» идет доклад об успешном выполнении госконтрактов и приобретении на них правовой охраны.

Почему так происходит? Потому что государству патент не нужен: оно и не планирует изготавливать инновационную продукцию. Не нужен он и автору (если тот не бизнесмен). Так, может быть, продать (уступить) полученный на свое имя патент бизнесмену? Но, как отмечено выше, в нашей стране и бизнесмену патент на изобретение не нужен, ибо правовая система, регулирующая экономические условия хозяйствования, такова, что частному капиталу несопоставимо более выгодно инвестировать в финансовый и коммерческий сектора экономики, а не в инновационно-промышленный.

Таким образом, инновационная деятельность в Российской Федерации фактически является продолжением существовавшей в СССР практики, когда все инновационные проекты (НИОКТР) финансировались государством. Сегодня государственные корпорации (например, Роснано, которая позиционирует себя как инноватора) осуществляют эту деятельность за счет государственных средств. Даже стартапы в подавляющем своем большинстве живут «от бонуса до бонуса», которые выделяет государство. В условиях рыночных экономических отношений финансирование практически всей инновационной деятельности в стране только за счет государственных средств невозможно! Это абсолютно точно не позволит сосредоточить нужные средства на обеспечении прорывного технологического развития страны, что является задачей на ближайшее и не столь отдаленное будущее.

Что остается делать нашим ученым? Публиковать научные статьи о своих разработках, используя их для диссертационных работ и подтверждения научного статуса.

В советское время научные работники не были обременены необходимостью самостоятельно подавать заявки на изобретение и получать охранные документы. Этим занимались соответствующие патентные структуры организаций. Никто и не пытался осваивать тонкости патентного права, процессов приобретения охранного документа, составления заявок и т.д. Тогда «сапоги тачал сапожник, а пироги пек пирожник». В настоящее время ученые и специалисты остались один на один с массой чуждых им проблем. В организациях, где они работают, такие структуры упразднили, а обращаться к услугам патентных поверенных – нет денег. Приходится самим заниматься заявками, а это лишь отвлекает от творческой работы.

***

Данная публикация имеет целью привлечь внимание деятелей науки, а также руководителей органов госуправления к причинам, не позволяющим создать эффективную модель инновационного развития нашей страны. Дело не в том, что бизнес, а также ученые и специалисты России слабо представляют себе те экономические преимущества, которые дает изобретательская деятельность и правовая охрана ее результатов. Проблема в отсутствии экономической заинтересованности бизнеса в том, чтобы вкладывать свои инвестиции в эту сферу экономики.

View PDF

Поделиться:
Вернуться назад