В этом браузере сайт может отображаться некорректно. Рекомендуем Вам установить более современный браузер.

Chrome Safari Firefox Opera IE  
ГОРОДИССКИЙ И ПАРТНЕРЫ
ПАТЕНТНЫЕ ПОВЕРЕННЫЕ И ЮРИСТЫ
практикующие с 1959 г.
 

Параллельное творчество: возможно ли?

№ 119 (2017)

Подходы судов при разрешении споров о нарушении авторских прав

Достаточно сложно представить ситуацию, когда два человека независимо друг от друга создают похожие произведения. Однако практика показывает, что такое может произойти. Так, например, возможно, что в основу произведений положены одни и те же идеи, которые сами по себе не охраноспособны, но вот форма их выражения может стать объектом авторского права, которому закон предоставляет правовую охрану. Авторы могут использовать одинаковые средства выражения идеи, в результате чего создаются похожие произведения. И в такой ситуации возможен конфликт авторских прав, для разрешения которого становятся актуальными вопросы: кто же имеет приоритетное право и имело ли место заимствование.

Вопрос возможности параллельного творчества возникает не только при разрешении споров о нарушении авторских прав. Данный вопрос затрагивался судами и в делах по установлению авторов технических решений. В частности, при рассмотрении дела № СИП-153/2015 Суд по интеллектуальным правам в своем решении от 12 июля 2016 г. указал следующее: «Исходя из смысла нормы, изложенной в статье 1361 ГК РФ, гражданское законодательство не исключает возможность разработки тождественного или эквивалентного технического решения одновременно несколькими лицами при параллельном творчестве. При этом параллельное творчество подразумевает не только создание тождественных или эквивалентных технических решений в один и тот же промежуток времени.

Такие решения могут создаваться и в разные периоды времени в том случае, если техническое решение, созданное ранее, не было обнародовано, и у лица, создавшего аналогичное или тождественное техническое решение позднее, отсутствовали сведения о достигнутых ранее иным лицом технических результатах в соответствующей области».

Таким образом, одним из ключевых моментов для установления возможности создания тождественных или эквивалентных технических решений разными лицами независимо друг от друга суд признал факт объективной невозможности для автора более позднего решения иметь информацию о достигнутых ранее иным автором технических результатов.

Рассматривая данную проблематику применительно к ситуациям столкновения авторских прав на произведения, суды также принимают во внимание данное обстоятельство. В частности, такой подход был применен при разрешении дела № А40-137876/2015, о котором пойдет речь далее.

Компания Carte Blanche Greetings Ltd./Карт Бланш Гритингс Лимитед (Великобритания) обратилась в Арбитражный суд города Москвы с иском о взыскании компенсации за нарушение исключительных авторских прав на произведение дизайна на персонаж «Овечка Cottonsocks the Sheep» из серии «Me To You My Blue Nose Friends».

Иск был предъявлен к ООО «Шоколадная игрушка», являющемуся производителем кондитерских изделий, с которыми реализовывалась игрушка «Овечка Жужа», и нескольким продавцам данной продукции.

Наша фирма представляла интересы ООО «Шоколадная игрушка», которое как производитель спорной продукции являлось основным ответчиком.

В обоснование своих требований истец ссылался на точное копирование своего произведения в игрушке «Овечка Жужа», распространяемой ответчиками.

Возражая против удовлетворения заявленных требований, мы приводили доводы о том, что представленные истцом документы не подтверждают принадлежность истцу авторских прав на персонаж «Овечка Cottonsocks the Sheep», поскольку содержат определенные внутренние противоречия, которые ставят под сомнение их достоверность и относимость к данному персонажу.

Однако основным доводом защиты стал аргумент, что наш клиент использует свой персонаж овечки автора-художника Л.А.Юнал, которая создала изображения восьми персонажей «Маленькое чудо», коллекция «Sweety», включая изображение «Овечки Жужа», и предоставила права на их использование, в том числе право на переработку, ООО «Шоколадная игрушка» в рамках исключительной лицензии. Реализуя свои права исключительного лицензиата, ООО «Шоколадная игрушка» поручило своему сотруднику Б.Б.Прохорову, в должностные обязанности которого входила обязанность по созданию дизайна игрушек и иной продукции общества, разработать объемную фигурку игрушки «Овечка Жужа» на основе ее изображения. Так, в апреле 2014 года на свет появилась игрушка «Овечка Жужа», которая впоследствии была запатентована нашим клиентом в качестве промышленного образца по патенту РФ № 95071.

Таким образом, мы настаивали, что художник Л.А.Юнал создала свое оригинальное произведение, которое было использовано другим автором Б.Б.Прохоровым для создания производного произведения, получившего правовую охрану в качестве самостоятельного объекта авторского права и затем в качестве промышленного образца.

Регистрируя указанный промышленный образец ответчика, Роспатент провел экспертизу заявленного решения внешнего вида игрушки «Овечка Жужа» на предмет его соответствия условиям патентоспособности, предусмотренным статьей 1352 Гражданского кодекса Российской Федерации, и признал такое решение новым и оригинальным.

Возражая против доводов истца о точном копировании его произведения, нами было представлено заключение специалиста из Московской государственной художественно-промышленной академии имени Строганова, который провел сравнительный анализ спорных объектов и пришел к обоснованному выводу об отсутствии заимствований. При этом специалист пришел к выводу, что сходные элементы у персонажа «Овечка Cottonsocks the Sheep» и «Овечка Жужа» (характер посадки, тип детских пропорций и др.) не являются оригинальными, поскольку присущи всем подобным игрушкам.

При рассмотрении данного дела суд первой инстанции предлагал истцу представить доказательства, свидетельствующие об объективной возможности авторов ответчика узнать о произведении истца, которое могло бы быть использовано для создания произведений ответчика.

В частности, суд просил истца представить документы, подтверждающие реализацию в Российской Федерации какой-либо продукции с изображениями его овечки до даты создания изображения Л.А.Юнал. Однако истец не смог представить таких доказательств.

По результатам изучения материалов дела и рассмотрения доводов истца и ответчиков суд первой инстанции в своем решении от 26 августа 2016 года признал наличие у истца авторских прав на персонаж «Овечка Cottonsocks the Sheep», но отказал в удовлетворении заявленных требований, придя к следующим выводам:

«Учитывая, что в силу ст. 1257 ГК РФ автором произ-едения признается гражданин, творческим трудом которого оно было создано, а лицо, указанное в качестве автора на оригинале или экземпляре произведения либо иным образом в соответствии с п. 1 ст. 1300 ГК РФ, считается автором, если не доказано иное; то суд оценив представленные доказательства в соответствии со ст.ст. 64, 67, 68, 71 АПК РФ, посчитал доказанным право авторства Юнал Л.А. на спорное произведение, что исключает нарушение прав истца ответчиком при его пользовании.

Кроме того, даже если признать, что рассматриваемые произведения сходны до степени смешения, то данное обстоятельство не может являться основанием для признания ответчика нарушителем и возложении на него компенсации, поскольку понятие «Сходство до степени смешения» не применяется в сфере авторского права, так как при наличии объективных доказательств независимого друг от друга создания произведений различными авторами, указанные произведения подлежат одинаковой правовой охране».

При обжаловании решения в Девятый арбитражный апелляционный суд истец изменил свои доводы о точном копировании его персонажа и стал настаивать на том, что судом первой инстанции не был разрешен ключевой вопрос спора – является ли персонаж ответчика производным от персонажа истца и соблюдены ли права истца при создании такого производного результата интеллектуальной деятельности.

Отклоняя доводы жалобы, суд апелляционной инстанции в постановлении от 01 декабря 2016 года поддержал выводы суда первой инстанции об охраноспособности произведений ответчика, но при этом дал иную оценку доказательствам истца, представленным в обоснование охраноспособности персонажа «Овечка Cottonsocks the Sheep» и наличия у истца авторских прав на него.

При рассмотрении данного дела суд первой инстанции предлагал истцу представить доказательства, свидетельствующие об объективной возможности авторов ответчика узнать о произведении истца

Коллегия судей приняла наши возражения против доказательств истца, которые были озвучены еще в суде первой инстанции, и установила, что ни в самом иске, ни в представленном истцом аффидевите не указаны те аудиовизуальные произведения, на которые ссылается истец в подтверждение своих прав на данный персонаж. Несмотря на то, что в аффидевите содержится изображение овечки, весь документ по сути посвящен медвежонку Teddy из серии «Me To You» и различительным признакам образа медвежонка Teddy, позволяющим отличить настоящего медвежонка от подделки. Кроме того, истец не представил каких-либо документов, из которых бы следовали отличительные признаки, каковыми обладает овечка «Cottonsocks the Sheep».

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу о необходимости в иске отказать.

Неудачной оказалась и попытка истца обжаловать судебные акты в кассационном порядке. Постановлением от 25 апреля 2017 года Суд по интеллектуальным правам при знал выводы судов законными и обоснованными и оставил принятые судебные акты без изменения.

Последующего обжалования судебных актов по данному делу в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации не последовало.

Хотелось бы отметить, что вышеописанный пример установления судами факта независимого творчества, является не единственным.

Одновременно с данным делом в нашей практике было успешное дело по иску ООО «Ле-Гранд» о нарушении авторских прав, в котором мы также защищали ответчика (дело № А40-234524/2015). В этом деле нам удалось доказать, что наш клиент ООО «Декор Рус» на законных основаниях использует в своей продукции спорный дизайн профиля карнизов для штор, разработанный не автором истца, а известной немецкой компанией «Мёллер ГмбХ & Ко. КГ».

Принимая судебные акты в пользу ответчика суды апелляционной и кассационной инстанций, помимо прочих аргументов учли то обстоятельство, что произведение дизайна истца стало известно третьим лицам намного позднее, чем были опубликованы каталоги продукции компании «Мёллер ГмбХ & Ко. КГ», которые содержали изображения ее профилей в спорном дизайне. Кроме того, суды приняли во внимание наши доводы об участии немецкой компании в различных специализированных московских выставках, на которых были представлены образцы продукции в данном дизайне, а также о поставках спорной продукции в Россию, в том числе в адрес ответчика, до начала производства и реализации продукции истца в аналогичном дизайне. Данные аргументы послужили основанием для признания судами факта наличия самостоятельных авторских прав на спорный дизайн у немецкой компании, которая и предоставила свое согласие на использование спорного дизайна нашему клиенту. При таких обстоятельствах суды не нашли оснований для удовлетворения требований истца.

Кроме того, принимая во внимание все обстоятельства данного дела, Суд по интеллектуальным правам в своем постановлении от 03 февраля 2017 года признал, что действия истца по обращению с данным иском были направлены исключительно на причинение вреда ответчику и на ограничение конкуренции на рынке потолочных карнизов для штор. Такие действия квалифицированы как злоупотребление правом, что в соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации недопустимо и является самостоятельным основанием для отказа в защите прав.

Истец обжаловал постановления судов апелляционной и кассационной инстанций в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. Однако определением от 19 мая 2017 года Верховный Суд Российской Федерации не нашел оснований для пересмотра данного дела, тем самым оставив в силе принятые судебные акты.

Таким образом, вышеизложенные примеры подтверждают возможность существования параллельного творчества, которое учитывается судами при разрешении конфликтных ситуаций.



Поделиться:
Вернуться назад